чай :: всегда под рукой
teatipsbrief100: русский, english
english site



чай :: выпуск 316 (11.05.06). д. шумаков

«СЛОВО О РУССКОЙ ПИЩЕ»
Прогуливаясь в минувшие выходные по книжным магазинам, я наткнулся в одном из них на небольшую книжку И.С.Лутовиновой «Слово о русской пище», в которой автор (далее — по аннотации) «исследует названия и происхождение самых распространенных видов русской пищи». Изучив оглавление и алфавитный указатель кушаний и напитков, я обнаружил в последнем несколько ссылок на чай, нашел их, изучил, счел достаточно скромными (чай в книге не исследуется вовсе), но интересными — и книжку купил.

Первый раз в книге чай упоминается в рассказе о сочне, который завершается строками из Бестужева-Марлинского (был такой очень интересный и сильно романтический писатель, популярностью в свое время превосходивший Пушкина).

Я формалист: люблю я очень
В фарфоре чай, вино в стекле;
В обеде русском — добрый сочень.

Ничего особенного о чае, конечно, но приятно. Основные же «чайные» страницы книги начинаются сразу после небольшого рассказа о сбитне. Здесь я позволю себе достаточно большую цитату, потому что и рассказ о сбитне тоже достаточно любопытен.

«И опять хочется обратиться к описанию этого напитка, сделанному И.С.Шмелевым: «[Рождество. Торговля елками] Нард гуляет, выбирает... сбитенщики ходят, аукаются в елках: Эй, сла-дкий сбитень!.. В самоварах, на долгих дужках, — сбитень. Сбитень? А такой горячий лучше чая. С медом, с имбирем — душисто, сладко»; «Сбитню кому, горячего сби-тню, угощу? Пьем сбитень, обжигает». Гиляровский сообщает, что еще в начале XX в. в Москве в Охотном ряду «сбитенщики разливали по копейке за стакан горячий сбитень — любимый медовый напиток, согревавший извозчиков и служащих, замерзавших в холодных лавках».

Сбитень сейчас окончательно вытеснен чаем. В Толковый словарь русского языка слово сбитень включено в значении: «в старину: горячий напиток из меда с пряностями».

Употребление же чая стало известно в России только в середине XVII в. В одном из памятников XVII в. находим: «Русские ведут торг также с Китаем, добывая оттуда шелковые одежды. Привозят оттуда также чай...» (Г. Лудольф). «В старообрядческих домах он получил признание только в XIX веке. До того времени он, наравне с кофе, рассматривался как нововведение антихриста. В России чай и кофе появились почти одновременно: чай впервые при Алексее Михайловиче, из Азии, кофе — при его сыне Петре, из Европы. Реакция на них у старообрядцев была одинаковой: Кто пьет чай, тот спасения не чай, Кто пьет чай, тот от Бога отчаялся, Кофий пить — налагать ков на Христа».

В настоящее время среду русских самым распространенным напитком является, конечно, чай. Причем самым вкусным чаем для нас был и остается тот, который заварен исключительно по-русски, то есть без кипячения заварки. А пить такой чай русские люди любят, заливая его горячим кипятком из самовара и заедая маленькими ложечками вкусного душистого меда или варенья из любых ягод и фруктов, также истинно русского блюда, особым образом сваренного. Специфика такого варенья заключается в том, что ягоды (фрукты) в густом сиропе сохраняют свою цельность, аромат и вкус натуральной ягоды (фрукта)».

Конец большой цитаты.

Я не буду сейчас рассматривать точность или неточность представлений автора о качествах чая и способах его употребления, наиболее ценимых русскими. Совершенно очевидно, что наша всенародная любовь к чаю из самовара абстрактна — многие из наших земляков, имея несомненное представление о самоваре, чаю из самовара никогда не пили. Интересно не это.

Лет шесть-восемь назад я переживал период достаточно активного интереса к ягодам, травам, кореньям и прочему подножному корму. Интерес этот достаточно быстро сошел на нет — не имея, к счастью, рациональной потребности в целебных свойствах даров природы, я некоторое время просто развлекался с их вкусами и ароматами. Обнаружив, что большая часть из них удивительно ароматны, но не особенно вкусны и нуждаются (при использовании в напитках) в какой-то «вкусовой базе» (в меде, в чае, в спиртном), я два года подряд смешивал разные травы и ягоды с чаем, пришел к выводу, что постоянные смеси сильно надоедают и что чистые чайные или чистые травяные переживания много интереснее совокупных — и «завязал».

Сейчас, однако, в силу объективных и приятных обстоятельств, я вновь столкнулся с травами — и был поражен насыщенностью, свежестью и органичностью их ароматов. Череда, ромашка, давно любимый мною чабрец и даже простая, как швабра, мята ароматы дают просто удивительные. Аромат чая, безусловно, тоньше и изысканнее, но, как это часто бывает, на контрасте с этой тонкостью и изысканностью сильные и настойчивые ароматы трав выигрывают.

Я ни в коем случае не собираюсь сравнивать сейчас травы и чай — вещи эти во многом не сравнимы. Но мне стало любопытно, по каким причинам чай так быстро вытеснил в России напитки на основе трав — тот же сбитень, например.

Ведь по вкусу, аромату и целебным свойствам сбитень едва ли уступал чаю. На первых порах наверняка был дешевле и, наверняка, привычнее (хотя, конечно, не стоит преувеличивать масштабы распространения сбитней — национальным напитком его назвать можно едва ли). И, тем не менее, чай сбитни вытеснил до степени совершенно неприличной, почти полностью.

Мне кажется, что в «противостоянии» чая и сбитня решающим стал тот факт, что сбитень являлся продуктом производства кустарного, а чай, в его европейской ипостаси, продуктом производства индустриального. И уступая, вероятно, сбитню по качественным характеристикам (вкусу, аромату, целебному действию) он полностью превосходил его по другим потребительским характеристикам.

Во-первых, в какой-то момент чая стала просто больше. Урожайность чайной плантации и производственные мощности чайных фабрик даже сто пятьдесят лет назад наверняка превосходили урожайность лесных и луговых «месторождений» трав и «производственные мощности» их сборщиков.

Во-вторых (как следствие «во-первых»), чай стал доступнее. И по цене, и по возможности приобрести его в любое время и в любом месте. Как сейчас, например, кока-кола доступнее и дешевле хороших газировок — черноголовского «Байкала» или «Тархуна», например.

В-третьих, как любой индустриальный продукт, чай был обеспечен более мощной информационной поддержкой (старинную рекламу чая найти можно запросто даже в Интернете, реклама сбитней мне не встречалась ни разу).

Ну и, наконец, в-четвертых, чай был напитком модным и европейским. Что для русского потребителя всегда было очень важным. Особенно в России XIX века, во времена жуткой моды на западничество.

Короче говоря, по моей гипотезе чай вытеснил сбитни во многом благодаря имиджу и доступности. Можно даже сделать банальный и спорный вывод о том, что чай в XIX веке в России занимал в культуре напитков место, схожее с тем, которое сейчас в нашей культуре напитков занимает упоминавшаяся уже кока-кола.

Впрочем, на этом выводе я настаивать не буду.