чай :: всегда под рукой
наши чаепития, избранные статьи
чайная москва, english site



чай :: выпуск 37 (10.06.00). д. шумаков

Комментарии от 2 июня 2015 года.

ЧАЙНЫЕ (ЧАЯНЫЕ) ЦЕРЕМОНИИ ОТ МАШИ
Буквально вчера я получил письмо, к которому была приложена курсовая работа по этим самым церемониям. С учетом того, что в церемонии используется зеленый чай, я решил, что эта работа станет достойным продолжением начатого две рассылки назад разговора об этом напитке. Прошу...

Вообще, конечно, использовать студенческий курсовик в качестве источника информации — это очень смело.

Чаепитие — неотъемлемая часть культа джайнизма, и потому естественным дополнением садов вскоре стали чайные домики. Это были (впрочем, они есть и сейчас) постройки невзрачного вида, крытые тростником, убранные внутри соломенными циновками.

Можно не сомневаться, что вот прямо так и сразу автор путает джайнизм (индийскую дхармическую религию) и дзэн (одну из школ буддизма). Путаница, судя по всему, возникла из-за созвучия терминов, вытащенных из переводов с английского — и во всем дальнейшем тексте речь идет именно о дзэн (или о чань-буддизме, если действие происходит в Китае). Самое забавное в этой путанице, конечно, на сам ее факт, а то, что джайнизм, насколько мне известно, не очень лоялен к чаю. Потому что чай является возбуждающим напитком. Именно поэтому, готовя массовые открытые чаепития в Пскове, я всегда беру с собой разные травы. Для джайнистов.

Первоначально чай употреблялся в качестве лекарства на юге Китая, но к V веку он стал использоваться повсеместно.

В VIII веке китайский ученый Люву сформулировал целый «чайный кодекс», оказавший влияние и на развитие фарфорового производства.

В первой половине VI в. в Кантон пришел индийский апостол буддизма Бодхидхарма, которого считают основателем джайн-буддизма.

Термин «джайн» произошел от санскритского «dhian», что значит размышление. На расспросы о Будде он отвечал: «Будда — это мысль. Ее не надо искать, она приходит сама и, ширясь, охватывает весь мир. Если же у нее нет просмотра, она становиться так мала, что не вместит и булавку».

Именно секта джайнистов, образованная буддистами на юге Китая, установила чайный ритуал, во время которого монахи садились пред изображением Бодхидхармы и по очереди пили чай из одного сосуда. Позже, уже в конце XII века во времена правления Сунской династии японский буддийский «святой» Иесадзени вывез чай из Китая к себе на родину. Но в Японии чай употребляли только при религиозных обрядах, благодаря его бодрящим свойствам. В XV веке церемония чаепития утратила религиозное содержание и приобрела светский характер. В 1472 году сeгун Акасима Иосимаса удалился от власти и предался эстетическим занятиям. В своем «Серебряном павильоне» он устроил первую в Японии чайную комнату. Убранство этой комнаты отличало утонченная простота, рядом с которой не было места кричащей мишуре и безвкусной пышности. («Сады через века»)

Давайте оставим без комментариев историческую вставку, заметив, только, что Люву мы теперь называем Лу Юй. В те времена (в 2000 году) разные восточные тексты уже пошли в народ, но качество их перевода было очень разным. Знающие люди рассказывали мне о трактатах по работе с энергией Ку (Qi) — что, конечно, куда как более прекрасно, чем путаница между джайнизмом и буддизмом и Люву.

В XVI в. церемония чаепития была доведена до совершенства. Чайную комнату мог украшать один красиво составленный букет, помещенный на специальную подставку (икебана) или картина. Чтобы приблизить к себе природу, чайный домик часто окружали. Во внешней части сада устраивали махи-ай — нечто вроде приемной, где гости ожидали появления хозяина. Для омовения рук устанавливался специальный сосуд. Освещение давали две каменные лампы. Во внутреннюю часть сада вела дорожка, вымощенная каменными плитами. Перед чайным домиком была небольшая калитка, куда, отдав поклон и сняв обувь, входили гости. Так как это был век самураев, которые не расставались с мечами, у дверей домика ставилась двухступенчетая подставка, куда гости могли положить свое оружие. Во внутреннем помещении, в обстановке полного покоя, им подавали чай. Ни громких разговоров, ни споров не велось — ничто не должно было нарушать эту мирную торжественную атмосферу.

Во время настоящего чаепития «недопустимо ничто чрезмерное», учил Сэн Рикю, великий мастер чайной церемонии.

Ну, хоть Сэн Рикю не перевран. И японская чайная церемония описана, конечно, крупными эмоциональным мазками, но без явных косяков.

Денис Шумаков